Главная — Каталог — Песни

ID: 23908
Я ношу в нагрудном кармане обрывок старой плёнки, Там застыли наши тени на промёрзшей остановке. Ты смеялась, и на вспышке золотилась чёлка, Я снимал тебя на память — неумело, так неловко. В объективе пел холодный, пьяный ветер января, Я крутил кольцо наводки, попадая в молоко. Я пытался снять твой профиль в свете мёртвом фонаря, Но дрожала в моих пальцах эта хрупкая легко... Мой финал всегда смазан. Я не попадаю в фокус. У меня передержанный кадр вместо сердца, И засвечена память на самом святом. Я кручу колёсико, чтобы согреться, Но мой внутренний «Зенит» выдает лишь фантом. Я живу на остатках засвеченной плёнки, В красных бликах застряв на тринадцатом дне. Все мои проявители — это осколки, Что царапают глянец на черной стене. Я пытался снять сегодня — этот дождь, огни столицы, Но на матрице сознанья снова проступаешь ты. Я менял кассеты, пробовал с другими проявиться, Но химический состав их — просто капли пустоты. Я закрыл глаза, пытаясь сделать выдержку короче, Чтоб не видеть, как уходит твой размытый силуэт. Но чем дольше моя ночь, тем твой снимок ярче, чётче, Словно кто-то пропустил его сквозь красный, мёртвый свет. Я забыл сменить ISO, и теперь зерно съедает Контур твоего лица, оставив только шум и боль. У меня передержанный кадр вместо сердца, И засвечена память на самом святом. Я кручу колёсико, чтобы согреться, Но мой внутренний «Зенит» выдает лишь фантом. Я живу на остатках засвеченной плёнки, В красных бликах застряв на тринадцатом дне. Все мои проявители — это осколки, Что царапают глянец на черной стене. Говорят, нужно просто выбросить старый картридж, Перестать проявлять то, чего больше нет. Но я каждый вечер достаю этот жёсткий негатив, Сажусь в красном свете и жду, когда вспыхнет ответ. Я пытаюсь исправить экспозицию, Но химия лжёт, и бумага горит. Мой лучший портрет — это наша позиция На фоне войны, где мой свет не горит. Фокус на прошлом. Reset невозможен.




